Не бойся

рассказ-о-любви-и-черном-кайенеЕще прошлой осенью написала я рассказ. Писала сначала быстро, потом долго, потом вообще остановилась, потому что не могла понять, куда дальше выведет меня сюжетная линия. Потом я прочитала книгу Стивена Кинга о том, как писать книги, и один его совет мне очень понравился: «Когда вы написали какое-то произведение, отложите его на месяца два или три, забудьте о его существовании, а сами принимайтесь за новое письмо. Когда пройдет срок, достаньте рукопись и прочитайте. Вы сразу заметите, чего в ней не хватает, а что в ней удалось.» Тогда я, мучимая нерешительностью, просто решила «отложить». И вот недавно достала её и перечитала. Вы знаете, я не знаю, что к ней добавить. 🙂 Пусть будет, как есть. Текст под катом, но предупреждаю — там ооочень много! 🙂

Северный ветер нахально трепал её каштановые волосы. Она только что вышла из подъезда своего дома и направилась к автобусной остановке. Её глаза закрывали непроницаемые для окружающих солнечные очки, а браслеты на руках подрагивали в такт: «Только улыбайся! Улыбайся! Невесомости поверь…». Её звали Ангелина, и она была весела и бодра, стараясь думать только лишь о том, что впереди её ждёт нечто лучшее, чем есть сейчас. Она шла по дороге, ритмично покачивая головой в такт музыке, и вдруг почувствовала на себе пристальный взгляд, который буквально пронял её насквозь. Доли секунды заняла догадка – на неё смотрят из лобового стекла едва ползущего навстречу чёрного «Кайена». И это был какой-то ужасный бородач. Она на мгновение остановилась, испытав какой-то необъяснимый животный ужас от взгляда этого человека, хотя она не могла толком рассмотреть, и поспешила мимо притормозившей машины. Она почти добежала до остановки, но уже не слышала музыки в наушниках — силилась понять, почему он затормозил и так пристально на неё смотрел?! Она не помнила, чтобы раньше видела этого мужчину, хотя жила в этом районе уже пять лет. Постепенно страх отпускал её мысли, ей подумалось, что она просто испугалась этой отполированной чёрной машины. И потом уже быстро забыла обо всём.

Через несколько дней она проходила возле соседнего подъезда, и именно в эту же минуту бородатый мужчина в черной рубашке и чёрных джинсах вышел из подъезда и встал, как вкопанный, смотря на неё. Она прошла мимо, ощущая на своей спине прожигающий взгляд. Изнутри всколыхнулась непонятная волна, и сердце, дав двухсекундную задержку, забилось чуть быстрее. Она ускорила шаг, вдруг осознав, что этот бородатый мужчина – тот самый… Из «Кайена».

черный-кайен

В другой раз он что-то перекладывал в пакеты возле открытой двери своего чёрного начищенного авто, когда она опять проходила мимо. В этот раз ей удалось немного разглядеть его: на вид ему было, наверное, лет сорок, весь в чёрном, чёрная борода, чёрные, чуть курчавые волосы… Он так откровенно начал пялиться на неё, что она, на мгновение глянув ему в глаза, тут же отвернулась, потому что не могла выдержать его напористого взгляда цвета мокрого асфальта. Как и в прошлые разы, когда она видела этого любителя чёрного цвета, внутри у неё всё переворачивалось, а мысли сковывались в одном слове «опасно!». Она краем глаза успела считать блаженный восторг в его взгляде… Пытаясь успокоить свои нервные клетки, она подумала, что это, вероятно, новый жилец, переехавший сюда с семейством. Странно было только одно — почему владелец такой престижной машины живет в этом непрестижном районе…

Потом он ещё несколько раз неожиданно для неё оказывался в одном месте и в одно с ней время. Зачастую, конечно, возле её дома. Она каждый раз неизменно вздрагивала, пугаясь его устрашающе-чёрных бороды, одежды и машины. И каждый раз ёжилась под его взглядом, который пронизывал насквозь и заставлял её спешить прочь.

Однажды она стояла на балконе, выбирая засохшие листики из цветов на кашпо, висящих на перилах. Она разговаривала с цветами, хвалила их красоту и нежный тонкий аромат. И тут она ощутила смятение, её внезапно опять начала охватывать тревога, которая стала нарастать. В эту же минуту она заметила движение на тротуаре – тот самый хозяин чёрного полированного авто проходил под окнами, внимательно смотря в её сторону. И вдруг он помахал ей рукой. Она испугалась, сбежала домой. Ощущения твердили ей, что этого человека надо избегать. А она привыкла доверять интуиции…

Позже она обратила внимание, что регулярно стала видеть его в окно или на балконе. Через какое-то время появился почти ритуал – он шёл и всегда смотрел на её окна, а потом на свои. Изредка махал рукой. Она не махала в ответ, объясняя себе, что это он машет не ей вовсе, а своей супруге, которая встречает его.

Однажды вечером она шла по парку, слушая музыку в наушниках, и размышляла, стоит ли ей сменить свою не очень жизнеутверждающую, но прибыльную работу, в ритуальном агентстве на что-то более радостное… Она устала видеть чужое горе. Она была ещё молода, чтобы каждый день быть настолько близко к смерти. Она медленно брела, любуясь красотой деревьев, иногда задирала высоко голову – создавалось ощущение, что она в водовороте… А потом она увидела его. Не заметить его бороду, шедшую ей навстречу, было просто невозможно. Она хотела пройти мимо, но он развернулся и подошёл к ней ближе… Она удивленно посмотрела на него и вытащила из уха один наушник:

— Вы что-то хотели?

— Да. Я хочу познакомиться с вами, — его чёрные глаза сияли, как начищенные лаковые ботинки.

— Я не пойму, вы за мной следите что ли? Почему вы всё время оказываетесь там же, где я?

Он улыбнулся и ответил:

— Значит, судьба нас сводит… Наверное, всё-таки нам следует хотя бы познакомиться. Мы же соседи. А я даже не знаю вашего имени. — Он просто шёл с ней рядом: не так близко, как шагают хорошие знакомые, но и не так далеко, как проходят мимо незнакомые люди… Её вдруг затрясло мелкой дрожью, как будто на улице стоял декабрь, а она решила прогуляться в сарафане и босоножках. Ей было не по себе, но он как будто не замечал этого.

— Зачем вам моё имя? – напряженно спросила она, чувствуя, как холодеют пальцы на её руках и ногах… Он как-то странно на неё посмотрел…

не-бойся

 — Меня зовут Бахти, что означает «счастливец», — он улыбнулся, стараясь посмотреть ей в глаза, которые она от него настойчиво прятала. – И у вас прекрасные зелёные глаза! В тот раз, когда я впервые посмотрел в них, я ещё пять минут не мог пошевелиться и долго смотрел вам вслед…

— Мне кажется, вы чуть не просверлили меня взглядом тогда, — выдавила она из себя, теребя в руках наушник, — и… — она помолчала, собираясь с мыслями, — и вы меня пугаете!

Он раскатисто хохотнул и чуть отодвинулся от неё:

— Неужели я такой страшный?

— Я не знаю, но мне совсем не хочется, чтобы вы со мной разговаривали…  — она неожиданно быстро свернула на другую тропинку и чуть прибавила шаг. Но это не помогло – через минуту он опять шёл с ней рядом.

— Не бойся, я не сделаю тебе плохо, — он вдруг перешел на «ты». – Просто я не могу упустить такую красавицу, чтобы не попробовать хотя бы познакомиться…

— Вы со всеми девушками так настойчиво знакомитесь? – она уже не знала, как бы отделаться от него, — даже если они не желают этого?

— Обычно девушки меня не боятся, — сказал он серьёзно. – Если вы забыли, про мою машину… Они сами с радостью садятся в мой «Кайен».

— Знаете что! – возмутилась она. – Лично мне всё равно «Кайен» у вас или «Мерин». Я вас не знаю и вам не доверяю!

— Ну, так я для того и подошел, чтобы мы могли где-нибудь присесть и спокойно поговорить. Ведь кричать под балконами серенады сейчас было бы не очень уместно, – он хитро сощурил глаз, — хотя, признаю, мне бывает очень приятно видеть вас на вашем балконе, увитом симпатичными петуниями и гортензиями.

Она нервно сглотнула. Остановилась и посмотрела на него:

— Так это вы мне машете?!

— Конечно! А кому же ещё? – его улыбка коварно спряталась в бороде…

— Мне казалось, у вас есть семья… — она сделала паузу, — жена…

— Нет, у меня нет семьи, нет жены и даже нет любимой женщины. – Он любовался её волосами, которые играли всеми цветами радуги в отблесках солнечных лучей уходящего дня. – Так теперь вы со мной сходите в кафе?

— Тот факт, что у вас нет женщины не прибавляет мне уверенности… Но я так и быть схожу с вами выпить кофе, только чтобы вы уже оставили меня в покое, — она не знала, как отделаться от этого навязчивого бородача.

Они беседовали на уличной веранде кафе. Симпатичная официантка явно была раздосадована, что владелец «Кайена», как выяснилось, здешний завсегдатай, сегодня был со спутницей. Но служебная обязанность принуждала её быть вежливой и внимательной, поэтому им сверхбыстро принесли заказанный кофе и десерт.

Оказалось, что у него цветочный бизнес. Сеть круглосуточных цветочных павильонов. Он никогда не думал, что будет продавать цветы. Хотя теперь иногда любит и сам встать за прилавок, составить какой-нибудь букет для особенно расположившего к себе заказчика. Он рассказывал, что цветы очень прихотливы к обстановке в помещении, где они стоят. И, бывает, в одной точке одни и те же сорта роз не стоят и трех дней, а в другой стоят неделями. Ещё он говорил, как ему пришла в голову сама идея открыть круглосуточные цветочные магазинчики. Он объяснял, откуда привозят цветы, и как не просто бывает договориться с таможней…

— Мне пора домой, — она вдруг подумала, что его словесный поток может никогда не закончиться. Хотела было встать, но он взял её за руку и остановил:

— Ты помнишь – у меня «Кайен», и я живу в том же районе, что и ты. Я довезу.

— Послушайте, а можно не упоминать каждый раз свой «Кайен»? Такое ощущение, что вы пытаетесь меня купить на ночь…

— Нет, — он серьёзно посмотрел ей в глаза, — я хотел бы тебя не купить… и не на ночь… — Она покраснела и высвободила свою руку из его руки. – Сейчас я просто предлагаю довезти тебя до дома, мне всё равно ехать туда же…

Она неожиданно для себя кивнула, а сама опять испытала прилив ужаса – зачем она согласилась? Она сойдет с ума от страха, находясь с ним в одной машине. В его машине!

Он галантно распахнул перед ней блестящую чёрную дверцу, и только потом сам сел за руль. Она немного напряглась, когда автомобиль  тронулся и из колонок хриплый голос Григория Лепса заявил: «Я счастливый, как никто!» Ей хотелось скорее выбраться из этого комфортабельного железного мешка. Несмотря на удобство и приятный ход авто, она чувствовала себя собакой, которая по ошибке забрела в корейское кафе… Она практически не слушала, что он ей говорил, старательно следя за поворотами и общим направлением движения. Когда он всё-таки доставил её к подъезду, она выдохнула с облегчением и, сказав на прощание: «Спасибо!», мысленно дала себе обещание: «Никогда больше не садиться к нему в машину!».

Они продолжали иногда встречаться у подъезда, теперь, правда, уже здоровались друг с другом, но она всегда спешила убежать от его пристально-восхищенного взгляда. От него остро пахло тестостероном, уверенностью в себе и опасностью. От этого странного коктейля ощущений ей становилось не по себе. Её настораживала его борода, и вообще она не понимала, почему она так заинтересовала его.

А потом он исчез.

Она не видела его чернющего джипа возле дома уже несколько дней. Позже она отметила про себя, что иногда стала на автопилоте выходить на балкон именно в то время, когда он должен был проходить мимо. Прошла неделя, и она с ужасом поняла, что даже немного соскучилась по своим странным ощущениям и этому чёрному соседу с таящейся опасностью в ауре. Она отогнала от себя эти мысли прочь, заставив забыть и «даже не вздумать думать о нём!».

А потом она опять вышла из подъезда, улыбаясь солнечным лучам и подставляя ветру свои каштановые кудряшки. Но, проделав несколько шагов, оторопело встала: прямо на неё смотрел нос чёрного «Кайена», а возле открытой водительской двери стоял он. Ухмыляясь в свою кошмарную бороду и рассыпая глазами искры. Она мысленно выдохнула, но совсем не знала, что делать. Проходя мимо его машины, она вежливо сказала: «Здравствуйте!» и на негнущихся ногах пошла дальше. Внутреннее напряжение опять охватило её, а сердце заколотилось почему-то в голове. Она услышала хлопок закрывающейся двери, короткий отзвук сигнализации, и тут же ощутила его присутствие рядом с собой.

— Привет, — услышала она его густой, бархатный голос. – Я соскучился! Я не могу не пригласить тебя в кафе, — он аккуратно взял ее за предплечье, показывая, чтобы она остановилась. – Вечером. Откуда тебя забрать?

Она посмотрела него и, качая головой, ответила:

— Мой внутренний голос говорит, что не следует ходить с вами куда бы то ни было…

— Уважаемый внутренний голос, — он наклонился к самому её уху и чуть шоркнул его бородой, — я буду вести себя прилично, пожалуйста, разрешите милой Ангелине побыть со мной сегодня вечером.

Она чуть подёрнула плечами от странного щекочуще-царапающего ощущения:

— Хорошо-хорошо… В семь возле ритуального агентства «Свеча», знаете, где это?

— Знаю. – Он внимательно посмотрел на неё, не шутит ли она. — Но почему именно там?

— Потому что именно там я работаю, — она вздохнула и добавила, — пока…

Его черный «Кайен» ждал в условленном месте, когда она вышла после рабочего дня. Он вышел из машины и открыл пассажирскую дверь. Она собиралась было сесть, как увидела на сидении темно-синюю розу. Она перевела взгляд на Бахти, боясь дотронуться до цветка, как будто он был смазан ядом.

темно-синяя-роза

— Это тебе,  — он ободряюще кивнул головой .

Она пожала плечами, взяла розу и села на сидение. Когда он сел в машину и поехал, она вспомнила данное себе некоторое время назад обещание «Никогда больше не садиться к нему в машину!». Посмотрела на розу и решила, что этот раз – точно последний.

— Почему синяя? – спросила она.

— Ты разве не знаешь? – он быстро взглянул на неё и тут же перевёл взгляд на дорогу, — Обычно все женщины знают язык цветов…

— Я не все, — поджав губы, констатировала Ангелина.

— Послушай, ты такая закрытая, выпустила свои шипы, и никак не пустишь меня даже на сантиметр приблизиться к тебе… Я не сделал тебе ничего плохого. И не собираюсь делать. Что тебя во мне так пугает? – он остановился на светофоре и внимательно посмотрел на неё.

Она мяла сочный листочек розы в холодных пальцах и не могла ничего сказать…

— Э… Ангелина?! – он явно начинал сердиться. Светофор уже давно показал зеленый, но он не собирался трогаться с места. Он включил «аварийку», — Ты меня слышишь?

— Слышу, — ответила она.

Возникла пауза. Он явно ожидал продолжения от неё, а она не могла выдавить из себя ни слова. Он забарабанил пальцами по рулю. Выключил «аварийку» и тронулся. Они проехали немного в полном молчании. Он выбрал место и припарковал джип. Развернулся к ней и спросил ещё раз:

— Скажи мне, что тебя во мне так сильно пугает, или я никуда не поеду! – он был явно рассержен её молчанием: вот ведь, даже «спасибо» не сказала!

— Я боюсь тебя, – она не могла посмотреть ему в глаза…

— Это я уже слышал. Я хочу знать, что именно?

Атмосфера внутри салона накалялась, она ощущала , что ещё чуть-чуть и засверкают молнии.

— Я не могу пока сформулировать свои мысли… Я могу причинить тебе боль своими словами… — она помолчала немного и добавила, — но не хочу тебя обижать…

Он недовольно и шумно выдохнул. Бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида.

— Я не понимаю! Ты не хочешь со мной общаться и вместе с тем боишься сделать мне больно. Где-то в этом уравнении закралась ошибка, тебе не кажется?

— Я не сильна в математике. Я говорю, что чувствую. А я чувствую, что от тебя исходит опасность для меня, — она впервые за всё время разговора осторожно перевела на него взгляд. В эту минуту он внимательно смотрел в её глаза. У неё в ушах раздался негромкий хлопок электрического разряда… Она быстро опустила глаза на цветок. Он положил ладонь на её руку:

— Я не разделяю твоих опасений, потому что чувствую обратное. Просто знай, что я тебя не обижу. Не бойся меня.

Она кивнула, как будто бы его слова могли разом изменить её ощущения. Когда он убрал свою руку с её руки, она ощутила себя поролоновым матрацем, когда с него утром встал грузный хозяин… В ресторане, куда он её привёз, проходила какая-то шоу-программа, было много народу и играла громкая музыка. Она не очень любила такие заведения, но уж лучше столпотворение масс, чем быть наедине с ним. Она слушала его болтовню: за две с половиной недели (она про себя отметила, что заметила его отсутствие всего неделю назад), пока его не было, он успел заключить очень важный договор, съездить на Эквадорскую фабрику и заключить выгодный контракт, пару дней отдохнуть на Галапагоссах, попробовать местный алкогольный напиток со смешным названием «писко», что в переводе значит «летящая птица», и отведать «черимойю»…

черимойя

Постепенно страх покидал её. Бахти умел пристойно шутить, не проявлял к ней непристойного интереса, держал некоторую дистанцию и не старался её насильно разговорить. Она кивала, задавала вопросы про Эквадор, и с удовольствием поедала шоколадный десерт, потягивая двойной капучино. Наступил момент, когда она смогла посмотреть ему в глаза и даже выдержать пару минут его высоковольтный взгляд…

Глубоко за полночь он привёз её к дому, помог ей выйти из машины, задержав на минуту её руку… Она вздрогнула. В темноте она только видела блеск его глаз. Он чуть прикоснулся бородой к её пальцам и тут же отпустил.

— Не бойся меня, — проговорил он и сел в авто. Она стояла и смотрела, как он разворачивает свой чёрный «Кайен» и уезжает прочь. Она поднималась к себе в квартиру, а сама пыталась понять, что такое вообще между ними происходит. У неё было стойкое чувство, что ей не стоит встречаться с этим мужчиной. Но вместе с тем её сердце рвалось к нему, как алкоголик тянется к рюмке. Она видела, что он терпелив и доброжелателен к ней. Но что-то её настораживало в нём.

Она чувствовала, что не сможет сейчас уснуть, села за компьютер и стала листать папки в своей музыкальной коллекции. И вдруг её мышка остановила указатель на папке «Ляпис Трубецкой». Запустив содержимое папки в плеер, она, пересев на диван, стала слушать. А потом, улыбаясь, заснула. Через несколько минут её как будто кто-то тронул за плечо… Она резко подскочила. Рядом никого не было, а из колонок доносилось: «Я ем города, морями запиваю, моя борода небо заслоняет…» Она округлила глаза и ещё раз покрутила головой – в комнате не было никого, а «Ляпис» продолжал петь про «капитал»… Она встала, включила композицию с самого начала:

Я ем на обед золотые слитки,
Бриллиантовый десерт
Нефтяные сливки…

Она засмеялась – это же гимн бородатого поклонника чёрного цвета! Вот как будто и поёт он сам… Она решила непременно познакомить Бахти с песней – она определенно должна была ему понравиться.

Когда на следующее утро чёрный «Кайен» ждал её у подъезда, она ничуть не удивилась. В этот раз она первая сказала Бахти:

— Здравствуй! – и, не дав ему ответить, продолжила, — Сегодня ночью я услышала твой персональный гимн.

— Ого, — удивился он, — так много слов прямо с утра? Наверное, и вправду хорошая музыка…

— Это не просто музыка, — она сунула ему в руку плеер с подключенными наушниками.

Он недоверчиво посмотрел на неё, она кивнула ему головой, мол, бомба к наушникам не подключена:

— Ты слушай, а я поеду работать, ладно? – он так и остался стоять у машины, недоумённо глядя ей вслед. Когда она скрылась из виду, он покачал головой, вздохнул и сел за руль. Затем всё-таки включил плеер и уже через минуту хохотал на весь салон. Она угадала. Он никогда раньше не слышал эту песню, но она была в десяточку!

Вечером к ней в квартиру позвонили. Когда она открыла дверь, он протянул ей шоколадный торт, на пластиковой крышке которого лежал её плеер:

— Спасибо за гимн!

— Да не за что, — она не могла решить, пустить его или нет. Он сделал шаг вперёд, и ей пришлось отступить назад. Он вошел в коридор. А она так и не могла взять торт из его рук. Сердце опять бешено застучало, руки резко похолодели, а нейронные связи в мозгу разбежались на два лагеря: в одном, с красными флагами, скандировали «беги!», а в другом, с белыми, — вопили «беги ставить чайник!».

— Ты возьмешь этот никчемный торт или нет? – улыбка сползла в его бороду, а голос вдруг приобрел ноты алюминия.

— Прости, — промямлила она, взяв торт. – А-а-а?.. – начала было спрашивать она, но он перебил:

— Я просто подумал, что надо тебя поблагодарить за эту гениальную находку. И да. Я вычислил твою квартиру уже давно. Просто повода не было прийти. Может, предложишь чаю?

Она рассеянно кивнула и пошла включать чайник. Она ставила на стол кружки и блюдца, а сама, слыша, как он моет руки в ванной, лихорадочно пыталась привести мысли в спокойное русло. Она отвернулась от выхода, когда ощутила спиной его присутствие. Он был к ней так близко, что плечи ощущали его дыхание.

— У меня в руках кипяток, — не поворачиваясь, предупредила она, в ожидании, что он отойдёт. Но он не отходил. Она поставила чайник на стол, помедлила, но поняла, что у неё нет выбора, кроме как повернуться. Едва чувствуя опору под ногами, она повернулась и уткнулась взглядом в его бороду. Он крепко прижал её к себе и сдавленно прохрипел на ухо:

— Я не могу так больше. Я схожу с ума от одного твоего вида!..

Она подняла голову. Их глаза опять встретились, порождая искры и треск энергий. Она мгновенно утонула в черноте его глаз и сама не поняла, как их губы сомкнулись… Что было потом она уже не понимала и не помнила. Вы видели когда-нибудь, как молния ударяет в электростанцию?..

Она пришла в себя на ковре в комнате, её голова лежала на его волосатой груди, а он обнимал её, проводя пальцами по обнаженной спине. От этих прикосновений её тело подрагивало, и она непроизвольно выгибала спину.

— Ты чудесная, — проговорил он, и его борода улыбнулась.

— Спасибо, — отозвалась она, прижимаясь щекой к его груди. У неё в жизни было всего два партнера, но такой электроэнергетики не было никогда. Страх, наконец, отпустил её. Было ощущение, что то, чего она так боялась, всё-таки уже произошло. И мир не рухнул, значит, можно было жить дальше.

— Наконец-то я вижу твою улыбку, — проговорил он, — теперь ты меня не боишься?

Она помотала отрицательно головой и зарылась носом в его бороду. Она пахла сочными хризантемами и душными лилиями, немного мускусом и остатками мужского парфюма.

— Я приду к тебе завтра, – Бахти прижал её к себе.

— Не знаю…

Он нахмурился и отстранился, пытаясь поймать её взгляд:

— Почему?

— Всё это странно для меня… — она смотрела куда угодно, только не в его глаза.

— Ну, отношения с мужчинами для тебя не впервые… — он взял её за подбородок и чуть приподнял, чтобы она посмотрела на него.

— Я не об этом, – её взгляд проскользил по его ресницам, потом убежал на нос и губы, и опустился к бороде… — Я о том, что у меня к тебе противоречивые эмоции… Сейчас я поддалась твоему цунами, что унесло нас обоих в непонятные дали. Но я не в том возрасте, чтобы плыть просто по течению. А ты не в том возрасте, чтобы сразу же завязываться с первой понравившейся тебе женщиной… — она помолчала, давая ему возможность что-то сказать, но он молчал; тогда она тихо добавила — я боюсь влюбиться в тебя до беспамятства… — она попыталась выбраться из его крепких объятий, но он не отпустил её…

— Не понимаешь. Теперь ты моя.

Она настороженно посмотрела на его руки, которые вдавились в её кожу, а потом всё-таки ему в глаза:

— Ты это серьёзно? – в её голосе смешались удивление и возмущение.

— Вполне. Ты меня соблазнила.

— Я?! – она дёрнулась было встать, но его клешни не давали ни малейшего шанса выбраться, — да отпусти ты меня!

— Ангелина, — он заставил её посмотреть себе в глаза, — я не мальчик, конечно, у меня было много женщин. Многие из них хотели меня. Многие хотели женить на себе. Одной из них это даже удалось, — он почувствовал, как она вздрогнула, — но долго я не прожил с ней. Я оставил ей роскошную квартиру, машину и ушёл. Я не позову тебя замуж, потому что не уверен, что смогу вынести бремя быта. Но я не готов уйти из твоей жизни… Чёрт! Я не мастер открывать душу женщинам!

— Не нужно про других женщин, — тихо сказала она, и, воспользовавшись тем, что он чуть ослабил объятия, выскользнула и пошла к шкафу. Накинула прямо на голое тело шёлковое бирюзовое платье. — Я по-прежнему не чувствую себя с тобой безопасно…

— Ты странная. Не такая, как все, — он тоже встал, и задумчиво подошел к окну, где ночь уже захватила город.

Теперь каждые два дня он встречал её возле работы и увозил на своём чёрном «Кайене». У них редко было время на длинные разговоры, потому что стоило им только оказаться вместе, как атмосфера резко наэлектризовывалась, их тела тянуло друг к другу, как положительно и отрицательно заряженные частицы. Их взаимоотношения нельзя было назвать любовью. Это было буйство эмоций, раскаты грома и сияние молний. Физическое влечение, которое почему-то не могло перерасти в настоящее душевное тепло.

Она отчетливо понимала, что с Бахти семьи не построишь, но отказать себе в удовольствии испытывать сложнообъяснимые, противоречивые чувства не могла. Она была уверена, что долго их отношения не продлятся. Максимум, что отмерила ей её интуиция – год или два. Он не приглашал её переехать к нему. Он вообще не заводил тему совместного ведения быта. Он говорил ей, что она великолепная любовница. Он часто восторгался её фигурой и глазами. Он признался однажды, что у него «такого не было ни с кем», имея в виду какую-то особую энергию, которая захлестывает его, когда он её видит. Он говорил ей: «Ты сводишь меня с ума!» «Мне хорошо с тобой!», но ни разу не сказал ей простые слова: «Я тебя люблю!» Он мог неожиданно исчезнуть на неделю, а то и больше, и потом также неожиданно появиться, как ни в чём не бывало, начать рассказывать, в какой стране он был, что ел и пил, но потом разговор быстро сворачивался и они отдавались порывам страсти. Иногда она злилась, что он пропадал, не предупреждая, но потом поняла, что это просто его стиль жизни…

Как-то она сидела в кафе, просматривая газету с объявлениями о работе. Она была погружена в свои мысли, и не очень обращала внимание на окружающих. Её вывел из своего мира чей-то вежливый вопрос:

— Можно присесть?

Она не глядя, кивнула, продолжая водить ручкой, зажатой между пальцами, по газетным строкам.

— Что Вы так внимательно изучаете? – донеслось до неё…

И только тут она подняла глаза и увидела сидящего напротив, сияющего рыжеволосого парня. Он был одет в светло-фиолетовую футболку-поло, его загорелые бицепсы выдавали недавний отпуск где-то на морском побережье. В голубых глазах чёртики водили хороводы, а сквозь улыбку светились белоснежные зубы.

рассказ-о-любви-и-черном-кайене_

Она хотела возмутиться, мол, вокруг полно места, но потом вспомнила, что вроде как он спросил разрешения, чтобы присесть…

— Объявления о работе читаю, — она быстро осмотрела его и опять принялась за изучение газеты.

— М…- протянул парень, и, помолчав немного, сказал, — вы, наверное, работаете в библиотеке…

Она удивлённо вскинула взгляд:

— С чего вы взяли?

— Ну, вы так внимательно читаете! – он улыбался во весь рот, — и потом, только в библиотеках, как мне кажется, не место таким хорошеньким библиотекаршам …

— Ой, спасибо, конечно, за комплимент, — она покраснела, — но, если вы узнаете, где я работаю, ваша улыбка исчезнет с лица надолго…

— О, только не говорите, что вы хирург-трансплантолог!

Она улыбнулась:

— Нет, я работаю в ритуальном агентстве.

Настала его очередь удивиться:

— Тогда понятно, почему вы ищете работу. Действительно, странное место для молодой красивой девушки…

Она встала, сложила газету, собираясь положить её в сумку.

— Подождите, — окликнул её парень. – Скажите мне свой номер телефона и ваше имя!

Она покачала головой, улыбнулась, и произнесла:

— Не стоит, да и я тороплюсь.

— Да бросьте! Еще пятнадцать минут назад вы никуда не торопились, а теперь вдруг… Ну, пожалуйста!

— А если у меня уже есть парень? – она взяла сумочку, и направилась к двери… Он догнал её, когда она уже почти свернула за угол дома, направляясь к автобусной остановке.

— Я не верю, что у вас есть парень, потому что тогда вы не сидели бы одна так долго. И потому что он за вами бы непременно пришел…

Она усмехнулась.

— Ну, правда, давайте просто познакомимся. В конце-концов, я никогда не знал людей, работающих в ритуальных агентствах.

— Во-первых, дай бог, чтобы вам не скоро пригодились услуги ритуальных агентств. А во-вторых, я не знакомлюсь на улице.

— Так мы же начали разговор не на улице! – он аккуратно взял её за руку. – Ну, что вы в самом деле! А то я буду вынужден следить за вами, и стоять под вашими окнами всю ночь!

— О, Господи, — она закатила глаза, вздохнула, и, вытащив из сумочки визитку с телефоном ритуального агентства, написала на обратной стороне свой сотовый.

— Ангелина, — прочитал вслух парень, — а меня зовут Андрей. Приятно познакомиться.

Она кивнула ему, мол, взаимно, и ждала, что он уйдет. Но он вызвался проводить её до автобуса.

Бахти не появлялся уже вторую неделю. Его чёрный наполированный джип не стоял у дома. А её телефон не оживал от его редких смс. Она решила, что он опять уехал по своим цветочным делам. В мыслях она уже всё сказала ему, осталось только дождаться его возвращения, чтобы лично сообщить, что между ними всё закончено, потому что она встретила другого мужчину. Вот уже несколько дней они встречались с Андреем. Ходили в кино, по паркам и в кафе. Каждый раз он приносил ей то ромашки, то розы, то хризантемы…  Она радовалась этому букетному периоду, но на душе у нее было неспокойно… Нерешенная ситуация с бородатым чёрным цветочником не шла у неё из головы. Кроме того, она понятия не имела, как он отреагирует на её известие…

Пошло ещё две недели со дня знакомства с Андреем. Он нравился ей: спокойный, мужественный, весёлый. С ним было просто и легко. Они обнимались и целовались прямо в кафе или парке, и он провожал её до дома, не настаивая зайти к ней. Они обсуждали книги, которые читали, — как оказалось, у них было много общего. Они любили одних и тех же авторов. И ещё у них совпадали музыкальные предпочтения – частенько они вместе с Шевчуком горланили «Здравствуй ночь, Людмила, Где тебя носило?!», когда ехали в его серебристом «Скайлайне». Иногда он заговаривал с ней о будущем, говорил, что хотел бы такую жену, как она. Но она останавливала его, ведь он совсем не знает её. И, скорее всего, когда увидит её ненакрашенную как-нибудь воскресным утром, то сбежит от неё, как от ведьмы.

В тот вечер он привёз её к дому и всё-таки спросил:

— А можно я зайду на чашку чая?

— Это пахнет развратом, — рассмеялась она, мысленно отметив, что он «долго держался».

— Я приличный мальчик, — отшутился он.

В коридоре она скинула туфли и, показав ему на ванную, пошла ставить чайник. Она повернулась спиной к двери, чтобы насыпать заварку в заварник, как почувствовала теплые руки Андрея на своей талии. До дрожи яркое воспоминание накрыло её с головой. Она боялась пошевелиться, потому что ситуация была слишком уж знакомой… Вот только статическое электричество между ними не пробегало… Он решительно развернул её к себе и приник губами к её губам. Она выронила из рук пакет с заваркой, которая рассыпалась по полу…

— Ты сказал, что ты приличный мальчик, — чуть задохнувшись, отстранилась она от него. – И теперь тебе собирать заварку… Совок и веник там, – указала она под раковину, а сама вышла в ванную.

Она включила холодную воду и, набрав её в ладони, плеснула себе на лицо. В голове стучал пульс, мысли путались. «В конце концов,  — взяла себя в руки Ангелина, — я не давала Бахти клятву вечной верности!» Она представила, что будет, когда он узнает о том, что она больше не его женщина, вздрогнула, и решила не думать об этом.

Когда она вышла из ванной, на столе стояли две кружки со свежезаваренным чаем и лежала шоколадка. На полу было чисто.

чай-и-шоколадка

— Я тут немного похозяйничал, — ничуть не смутился Андрей.

— Спасибо, — улыбнулась она, и села к столу. – Хороший чай у тебя получился, — пригубила она напиток. – Но шоколадки у меня не было…

— У меня была, — он внимательно посмотрел на неё. – Всё нормально или мне лучше сейчас уйти?

— Нет, останься, — она вдруг поняла, что совершенно не хочет оставаться сегодня одна. В глазах Андрея она читала надежность, в его мускулистых руках ей чувствовалась опора, в его поцелуях и прикосновениях не было сногсшибающей страсти, но они были нежными и заботливыми… Он был похож на огромное плюшевое одеяло, в которое ей хотелось завернуться и спрятаться от всего мира…

Через пару дней она увидела «Кайен» возле дома, но его владельца не было рядом. Его телефон не отвечал. Она не знала, что думать. А вечером, когда они с Андреем припарковались у  дома и пошли к подъезду, вдруг услышали, как резко завизжали шины, чёрный «Кайен» порывисто накренился, мгновенно развернулся с места и уехал со двора. Посмотрев вслед нервному авто, Андрей покачал головой и обратился к Ангелине:

— Давай в четверг съездим к моим родителям?

— А не рановато ли, — улыбнулась она, пытаясь скрыть свою неловкость и мысли о том, что её неминуемо ждёт серьезный разговор с владельцем чёрной бороды.

— Просто у них годовщина свадьбы – 35 лет вместе. Я думаю, это будет хороший повод показаться и нам вдвоём…

— Хорошо, убедил, — улыбнулась она, обняла его и поцеловала в скулу.

А на следующий день она вышла из подъезда и увидела мрачного Бахти в своём чёрном джипе. Она набрала побольше воздуха, и подошла к нему:

— Бахти, нам нужно поговорить…

— Смысл какой… — он явно не был настроен на беседу.

— Я думаю, нам пора расставить все точки…

— Я всё видел. И так понятно, что этот мальчик тебя удовлетворяет лучше… — его слова лились как серная кислота… — Меня не было всего три недели, а ты уже ночуешь с каким-то… — остаток фразы он как-то скомкал, она могла только догадаться, что он имел в виду.

— Не злись. Я не хочу обсуждать это здесь. Ты знаешь, во сколько и где меня найти.

Она втайне надеялась, что он не приедет, но вечером, выйдя из агентства, увидела его джип, как всегда блестящий чёрными боками. Вздохнув, она подошла к машине. Как она не боялась остаться с ним наедине в его сумасшедшем «Кайене», она поехала с ним. Но в этот раз он не повез её в кафе. Когда они выехали на загородную трассу, ей стало страшно.

— Куда мы едем? – она постаралась не выдать голосом своего испуга.

— Не бойся, — усмехнулся он, — просто я не хочу никого видеть сегодня…

Остаток пути они продолжили в молчании. Её сердце колотилось в ушах, руки похолодели совсем как тогда, когда в первый раз она увидела его на своём пути. Уехали они не далеко. Он съехал с трассы на какую-то проселочную дорогу и встал в стороне.

— Теперь можно и поговорить, — он сдвинул своё сидение назад и повернулся к ней. – Что это за тип?

— Это не тип. Этот парень предложил мне выйти за него замуж… — она теребила в руках кожаную ручку от своей сумочки, стараясь не смотреть ему в глаза. — Ты не предлагал. Он предложил.

Батхи шумно вздохнул:

— Ты хочешь сказать, что готова выйти замуж всего после месяца знакомства?

— Я не знаю, но почему-то мне хочется попробовать поверить ему.

Он положил свою руку на её, и она опять почувствовала, как лёгкие, покалывающие током, искорки побежали от руки по всему телу. Она не понимала, почему он так на неё действует…

— Ты ведь тоже это чувствуешь, правда? – спросил он, чуть-чуть сжав ее руку.

Она не хотела кивать, ведь это было бы так просто – сказать, что между ними всё кончено и никогда больше не испытывать этого мучительного электричества. Но он не намерен был её так легко отпускать. Он взял её за подбородок, и ей пришлось посмотреть в его чёрные озёра-глаза. В них кипела такая страсть, что она в очередной раз сиюсекундно утонула в этом водовороте, напрочь забыв обо всём. Он рывком выхватил её из сидения и посадил на себя, зацеловывая её шею, чуть покалывал нежную кожу своей густой бородой, торопливо расстегивал пуговички на её блузке… Она мельком только ухватила мысль: куда делся руль? Но больше ничего не могла думать – опять произошло короткое замыкание на её личной подстанции. Треск, молнии, кипучая энергия страсти захлестнула их обоих…

Когда они пришли в себя, уже было темно. Она как-то разом почувствовала, как в поясницу упирается руль, и как засаднило потертое о дверцу колено… Она посмотрела на Бахти, осторожно пригладила его жесткие волосы и произнесла:

— Послушай, так не может продолжаться вечно. Это сумасшествие. Ты не любишь меня, я не люблю тебя. Да, у нас сногсшибательный секс, но я не готова всю жизнь жить только этими вспышками. Ты внезапно пропадаешь, я понятия не имею, чего от тебя ждать. Я хочу семью, детей. И он мне готов это всё предоставить…

Он отпихнул её от себя, как обжегшись. Она оказалась опять на пассажирском сидении. Насупившись, он молчал и застегивал рубашку. Она погладила красную коленку. Потом поправила юбку, обратив внимание, что шов на ней разошелся и теперь вряд ли ей удастся его восстановить. В гробовой тишине они привели себя в приличный вид. По-прежнему, ничего не сказав, он включил фары и, резко развернув машину, на крейсерской скорости отправился обратно в город. За всю дорогу он не проронил ни слова. Молча высадил её у подъезда и уехал.

А спустя несколько дней ей позвонил Андрей. Сказал, что хотел бы приехать в ней в гости.

Когда она открыла ему дверь, первое, что бросилось ей в глаза — огромный синяк на скуле. На её удивлённый взгляд он ответил:

— Это привет от твоего бородатого поклонника… 

Она опустила глаза, не зная, что сказать.

— Послушай, если ты намерена меня держать запасным аэродромом – я против…

— Ты не запасной. Я пыталась ему объяснить, что у нас всё кончено, — она вспомнила тот вечер и бурный секс в салоне чёрного авто, и покраснела, — но он не понимает моих слов…

— Ну, раз так, я с ним поговорю по-другому, — глаза Андрея недобро блеснули. – Просто мне нужно было разобраться, кто тут не прав…

На следующий вечер ей в дверь позвонил какой-то незнакомый мужчина, напоминающий телосложением шкаф-купе. Она сказала, что не открывает дверь незнакомым мужчинам. Тот ответил, что Бахти просил передать ей «это» и положил какой-то небольшой пакетик на коврик возле двери и ушёл.

Она открыла дверь. В пакете лежала короткая записка и флешка в виде розы.

флешка-роза

Записка гласила: «Мне жаль, что мы расстаёмся. Если передумаешь, мой сотовый будет всегда ждать твоего звонка…» Про флешку не было ни слова. Она вставила её в компьютер. Там обнаружилось всего два файла: их совместное с Бахти фото – она даже не помнила, когда именно его сделали – и какая-то песня. Когда она включила её, из колонок зазвучал хрипотцой голос Лепса:

Я так устал бродить
Среди высоких стен,
Где каждый шаг к тебе подобен пытке….
Я так хотел тебя
Навеки взять в свой плен,
Но сам пленён огнём твоей улыбки….

Она слушала, а по щекам текли слёзы. Она не могла смириться с тем, что самая сильная страсть не оказалась совместима с обыкновенностью жизни. Ей было хорошо с Андреем, но она вдруг поняла, что ей остро не хватает этих сумасшедших ночей с Бахти. Она думала, как было бы здорово, если соединить в одном мужчине все лучшие качества этих двух – за такого мужчину она бы с радостью пошла не только замуж, но и пешком до Камчатки… Но такого мужчины, судя по всему, в природе не существовало. И потому ей нужно было решить для себя раз и навсегда: либо страсть и никаких обязательств, либо покой и надежная опора. По сути, она уже сделала свой выбор, когда испытала на себе заботу и доброту Андрея. Но эта последняя встреча с Бахти оставила в её сердце занозу… Слёзы непроизвольно потекли по щекам…

И тут раздался опять звонок в дверь. На пороге с большим букетом роз стоял Андрей:

— Ты чего? — его улыбка, которая, кажется, была приклеена к его физиономии, вдруг исчезла. – Тебя кто-то обидел?

— Нет, — она быстро вытерла слёзы, — просто мне без тебя было очень печально, — взяла букет и, пройдя в комнату за вазой, наскоро скинула фотографию и записку в выдвижной ящик стола…

 

©Shiawase.ru
2014-2015

Возможно, вас заинтересуют и эти мысли:

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (2 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...
Понравилось? Поделитесь с друзьями. Спасибо!

Written by Shiawase

Комментариев: 22

Ирэна

Молодец, Света, пишешь-строчишь, прям завидуюююю ))))
Хороший рассказ, с легким налетом «50 оттенков» )))) Я сама почему-то боюсь бородачей, кстати, хоть папа был с бородой )))
Ты замечаешь, что писательство — это хорошая терапия?

Ответить
Shiawase

Не хотелось бы, чтобы его сравнивали с «50 оттенками»… 🙂 Все-таки там совсем другая тема, хотя, должна признать, что раз ты так ощущаешь — значит, имеет место быть. 🙂 🙂 🙂
Писательство — это не просто терапия. Это что-то гораздо глубже, просто пока я не могу точно выразить это словами.

Ответить
Ирэна

Ну, я имела в виду смесь удовольствия и страха в ощущениях главной героини… Разве нет?

Ответить
Shiawase

Кстати, писательство — это тоже «ремесло». Чем больше просто пишешь, не думая о SEO, целях и задачах, сюжете и прочем, тем больше потом сочиняется просто так. 😉 Ну, это у меня так.

Ответить
Ирэна

Полностью согласна! А я настолько погрузилась во все эти СЕО, что уже просто получать удовольствие от процесса, творить — у меня не получается.. Передышку надо сделать в работе.

Ответить
Shiawase

Не передышку в работе, а просто писать дополнительно, помимо работы. 😉 🙂

Ответить
Allissy

у вас офигенно! просто настолько проникновенно-индивидуально. потрясающе! желаю вам творческих успехов и счастья во всем!
выскочил ваш блог по поиску «шафранова родственники».
я все прочитаю. и рассказ вас очень понравился. хотя в моей жизни совпало все в одном мужчине.
и очень понравились ваши упражнения — я тоже пишу — сделаю их. иногда у меня провалы. пишу мистику для детей, сказку. приходится нарабатывать силу.
спасибо.

Ответить
Shiawase

Allissy, благодарю за теплые слова и добрые пожелания! И вам всего наилучшего. 🙂
Приятно слышать, что мой блог интересен другим. 🙂 🙂
Шафранова — молодец. Она сильно мне помогла «продвинуть» тему рода…

Ответить
Ирэна

Свет, на тему Шафрановой вот еще что! Вчера искала в Гугле по запросу «Шафранова — деньги» (2-ю часть ведь так и не дослушала, вот и хотела), так твой блог выдает! ))))

Ответить
Shiawase

Забавно, потому что я ведь не выкладывала лекции… :))))

Ответить
Marika

Мне понравилось. Молодец! Читается легко. И ощущения все чувствуются. Пиши ещё!

Ответить
Светлана Локтыш

Как-то пропустила раньше этот рассказ, не читала.
Скажу, что дорабатывать его еще надо — редактировать сам текст. Много повторов-повторений, лишних слов. Что-то типа, как в твоем романе про Деда Мороза. Думаю, разберешься.
Что касается сюжета, все в порядке, на мой взгляд. Обычная мечта обычных девочек, которые ждут принцев, а потом соглашаются на то, что есть.
Ох, Светик, сплошная эротика :).

Ответить
Shiawase

Да я тут просто «выпустила» то, что нужно было выпустить… Скажу честно — отлегло аж, когда выписала. Просто это тут такой вышел симбиоз вымысла и реалий… Я вообще, смотрю, как-то пишу слишком много личного. А это, кажется, не вполне правильно.
Разве ж это эротика? Это мои робкие пробы пера, а мечта была пару лет назад — написать эротическую книгу. Вот на этом рассказе всё и стихло. 😀

Ответить
pessimist

Здравствуйте, Светлана! 

Иногда, прочтение отложенной рукописи не помогает. Когда это случается, иногда бывает полезен взгляд со стороны.

на неё смотрят из лобового стекла

Это перл — достойный филолога 🙂 Перед глазами сразу живенько нарисовалось древнее насекомое, замурованное в прозрачной глубине янтаря.

Еще меня царапнули глаза цвета мокрого асфальта, которые становятся черными. В жизни таких глаз не встречалось… Может и бывают такие сексуальные бороды, но я почему-то в этом не уверен…

В целом, есть цепляющие тавтологии, но читается легко. Чувствуется, что писалось на одном дыхании.
Думается, что Светлана Локтыш дело говорит: рассказ надо "допилить" он того стоит 🙂
 

Ответить
Shiawase

Рада приветствовать, Денис! Благодарю, что заглянули на огонек. 😉
На самом деле, вы правы, писалось это практически на одном дыхании, и самое главное — не правилось и не перечитывалось с того момента, как опубликовала. А за это время, смею уверить, я многому научилась. 😳 Так что, согласна, могут быть и тавтологии, и неверные обороты, и много чего лишнего… Но пока как есть, что ж — все мы учимся. Со временем, если вдохновляющая меня особа по имени Муза, соизволит дать мне волю на доработку этого рассказа, я непременно это сделаю. Пока же у неё — Музы — на меня другие планы. 😀

Ответить
pessimist

Здравствуйте, Светлана!

Да Вы такая же лентяйка, как и я!  Я тоже ненавижу что-то править и редактировать. Для этой работы муза уже не требуется, поэтому сей скучный, занудный труд мне не часто удается заставить себя проделать 🙂

Может, именно поэтому и существуют всяческие редакторы и корректоры? Если бы все и все правили сами, то зачем бы нужны были эти профессии? 🙂

Мне не хочется сравнивать сюжетную линию этого рассказа с тем, что уже было написано где-то и кем-то ранее. Это как в любой музыке искать знакомые всем семь нот… Всегда можно отыскать кусочек ранее слышанного звукосочетания. Скажу просто, что очень часто встречал женщин, которые, легко и непринужденно, делают свой выбор, подобно Ангелине. В общем, почти классика получилась 🙂

 

Ответить
Shiawase

Денис, лентяйство — суть человеческая. 😛 В той или иной степени ей подвержены все.
Править и редактировать стоит спустя время после написания произведения. Время этого рассказа просто ещё не пришло. 😉 И, знаете, я вот такой начинающий писатель, которому даже на авторскую правку требуется Муза. 😳 😀
Спасибо, Денис, что не сравниваете моё «творение» с каким-то ещё. Ведь даже если сюжет похожий, написано-то иначе. А с выбором Ангелины… По секрету, там не всё так просто. Но это обнаружится только, если я решу писать продолжение этого рассказа, а пока решение не созрело. 😀

Ответить

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.